МИНОБРНАУКИ РОССИИ
Федеральное государственное автономное образовательное
учреждение высшего профессионального образования
«Южный федеральный университет»
Исторический факультет
Кафедра зарубежной истории и международных отношений

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА
Ливия в системе международных отношений в к. XX - н.XXIв.
по направлению
- Международные отношения

Ростов-на-Дону - 2014

Содержание

Введение
Глава I. Муамарак Каддафи и создание Ливийской Джамахирии
Глава II. Ливия как часть евроазиатской «дуги нестабильности» в контексте интересов Запада
Глава Ш. Уроки ливийской революции
Заключение
Список литературы

Введение

Почему я выбрал именно эту тему? Потому, что я хочу разобраться до конца в проблеме ливийской революции. У меня возникло много вопросов к тому материалу, который показывали по телевиденью или печатали в газетах. На первый взгляд кажется, что причиной революции в Ливии стало желание мировых держав просто забрать ливийскую нефть и свергнуть неугодного им Каддафи. Но как только начинаешь углубляться в суть данной проблемы, то понимаешь, что дело не только в нефти. Даже среди политологов и ученых нет единой точки зрения. Одни говорят, что Франции была выгодна эта война для того, чтобы Николя Саркози побелил на выборах, а на самом деле Муаммар просто потребовал от президента Франции вернуть деньги, которые ему он дал на предвыборную кампанию. США хотели закрепить свой авторитет на мировой арене или просто торопились вслед за Великобританией и Францией начиная свою компанию с целью сохранения влияния в данном регионе.
Актуальность темы исследования. Актуальность темы бакалаврской работы, на сегодняшний день, говорит сама за себя, ведь революционные события, происходящие в стране, влияют на международные отношения, а также на международную экономическую стабильность. Ливийская революция привлекает тем, что все события прошедшие в стране состоялись всего лишь два года назад и окончание еще не наступало. По данной тематике не так много исследовательский работ, что позволяет более детально самому разобраться в этой проблеме.
Так же ливийская революция привлекает тем, что это первая постановочная война полностью срежессированная для СМИ, с целью формирования мирового общественного мнения. Многие кадры, отснятые в пустынях Катара и Саудовской Аравии выдавались за ливийские - благо, декорации не дорого обошлись, по ТВ-картинке не отличишь ливийскую пустыню от аравийской.
К оружию, взятому, якобы со складов Каддафи, тоже не обязательно присматриваться - т.к. не со складов Каддафи были вооружены «повстанцы» бельгийскими винтовками FN-FAL, безоткатными орудиями М-40, крупнокалиберными американскими пулеметами. Ливийская армия и инфраструктура страны были уничтожены авиацией НАТО, совершившей около 30 тысяч вылетов. А по земле шли солдаты регулярных войск Катара, спецназ Великобритании - SAS и французский Иностранный легион. Причины агрессии против суверенного государства, члена ООН - разные, и нефть не на 1-м месте. В настоящее время объемы запасов нефти в Ливии оцениваются в 60 млрд. баррелей - около 4% мировых запасов. Затраты на ее добычу одни из самых низких в мире - около 1$ за баррель. Запасы природного газа - около 1500 млрд. куб.м. Война в Ливии - не просто овладение этими ресурсами (одним из первых действий Переходного совета было обещание передать 35% добычи нефти Франции в обмен на «помощь» в свержении Каддафи), но и отсечение Китая от источника этих ресурсов. К началу войны в Ливии находилось около 30 тыс. китайских специалистов - сотрудников Китайской национальной нефтегазовой корпорации, для сравнения - British Petroleum была представлена 40 сотрудниками. После войны в Ираке это уже 2-я удавшаяся попытка Запада ограничить доступ Китая к источникам углеводородов с целью снижения темпов роста китайской экономики. Немаловажная причина войны - пресная вода. Проект Каддафи мог в значительной степени решить проблему нехватки воды в регионе. На юге Ливии располагается четыре гигантских водных резервуара - оазисы Куфра, Сирт, Морзук и Хамада в которых содержится около 35 тыс. куб.км. воды. Под руководством Каддафи работы проводились с 80-х гг. Водопровод должен был протянуться на 4 тыс. км. Этот проект более экономичен, чем альтернативные варианты от МВФ по опреснению морской воды. Согласно расчётам, водных запасов для Ливии, Судана, Чада и Египта хватило бы более чем на 4500 лет. Также Каддафи совершил прорыв в области телекоммуникаций в Африке.
Еще несколько лет назад телефонные звонки в Африке (и в Африку) были самыми дорогими в мире - за пользование своими спутниками типа Intelsat для телефонных соединений, включая соединения внутри одной страны, Европа брала плату до 500 млн. дол. в год. Благодаря ливийским инвестициям был запущен африканский спутник. Это обошлось в 400 млн. долл., из них 300 млн. были выделены Ливией.
Целью моей работы является рассмотрение вопроса Ливии в системе международных отношений, региональной и глобальной безопасности. Исходя из цели работы, я ставлю перед собой такие основные задачи, как: изучение истории государства Ливия; анализ кризисного государства и угрозы глобальной и региональной безопасности; рассмотрение потенциала Ливии и её место а арабском мире; анализ истории революции в Ливии; рассмотрение интересов стран мира по отношению к Ливии и революционным событиям. Моя бакалаврская работа написана о стране с богатым потенциалом, большими запасами нефти и процветающим народом. Но события разворачивающиеся в стране во многом угрожают как региональной, так и глобальной безопасности. Хронологические рамки исследования охватывают разные временные периоды. Первый этап это 40-е годы XX века, рождение и детство Муамара Каддафи. Затем период службы в армии и учебы в Англии, это 60-е годы и свержения короля Идриса. Третьим этапом является весь период правления полковника вплоть до 2011 года. Такие большие временные рамки необходимы для того чтобы понять самого Каддафи. А также проследить за внешней политикой Ливии и ее международными отношениями.
Методология исследования.
Следуя традициям российской исторической науки, бакалаврская работа основана на исследование принципов научной объективности и историзма, на концептуальном подходе к решению поставленной задачи. Необходимость объективного освещения целого ряда международных и региональных проблем, вокруг которых складывались в рассматриваемый период отношения Ливии, в первую очередь, с арабскими и африканскими странами, предопределила также использование проблемно-хронологического, системного и междисциплинарного подходов, учитывающих взаимодействие всего комплекса факторов - политических, военных, экономических, этно-конфессиональных и пр.
Практическая ценность данной работы. Эта работа может быть полезна для дальнейших научных разработок, посвященных внешней политике Ливии и международным отношениям в регионе Арабского Востока в целом. Материалы работы могут быть использованы в учебном процессе в высших учебных заведениях, в частности, при разработке учебных пособий и курсов по истории международных отношений на Ближнем Востоке, интеграционным процессам в афро-азиатском регионе.
Источниковая и историографическая база.
При работе над бакалаврским сочинением были использованы разнообразные источники, которые условно можно разделить на несколько групп: официальные документы, материалы периодических изданий, материалы информационных агентств и интернет-изданий, статистические и другие материалы.
Из числа официальных документов и материалов, используемых в работе, выделим межгосударственные договоры, заключенные ливийским руководством, и хартии; Уставы, соглашения и другие официальные документы международных и региональных организаций, таких, как Союз Арабского Магриба, Организация Африканского Единства, Африканский Союз; заявления высокопоставленных лиц Ливии и других арабских стран. Были проанализированы Соглашение об объединении Ливийской Арабской Республики и Арабской Республики Египет (1972 г.), Декрет египетско-ливийского политического руководства о создании объединенного государства (1973 г.), Соглашение об объединении Ливийской Арабской Республики и Сирийской Арабской Республики (1980 г.), Соглашение о создании Арабо-африканской федерации (1984 г.), Хартия единства (1987 г.), Договор о создании Союза Арабского Магриба, Устав САМ4, Устав ОАЕ5, и др.
Одним из важнейших источников при написании данной работы явилась «Зеленая книга» М. Каддафи, а также джамахирийский словарь терминов к «Третьей мировой теории» .
Периодическая печать рассматриваемого периода представляет собой группу источников, содержащих большой объем информации по самым разным аспектам изучаемой темы. Использованную в работе периодическую печать, можно разделить на издающуюся в Российской Федерации, арабских странах, государствах Европы и в США. Среди периодических изданий, издаваемых на арабском языке, следует назвать такие авторитетные, как «Аль-Ахрам», «Аль-Ахбар», «Аль-Джамахирия».
Материалы информационных агентств и интернет-изданий, прежде всего, информационных агентств ИТАР-ТАСС, РИА «Новости»', ReutersJ, Associated Press наряду с интернет-ресурсами, сетевыми архивами САМ, АС, МИД России, государственным сайтом Ливии явились важным источником получения материалов для научного исследования. Историографическую базу, составили работы по проблемам интеграции на Ближнем Востоке и вопросам межарабского сотрудничества; труды по межарабским и межафриканским отношениям; работы по истории Ливии, в том числе, посвященные различным аспектам внешней политики страны.
И так можно сказать, что революция в Ливии, а также в Тунисе, Египте, Йемене, Алжире, Бахрейне - это не только проявление роста самосознания и гражданской активности населения, не желающего жить под «колпаком» бессменных лидеров. Это - свидетельство прежде всего изменения нового миропорядка, в котором ключевые игроки планеты устанавливают новые правила игры, закрепляют новые сферы контроля и диктуют новые принципы поведения. Правила и сферы - для себя, принципы - для других. 
Нынешние настроения и вооруженное восстание, как признают наблюдатели, было подогрето клановыми и племенными интересами вождей местного масштаба, жаждущих потеснить Каддафи на Олимпе власти. Общинно-племенной фактор стал спусковым крючком. За него и ухватились, как за повод для интервенции и одновременно как за спасительную для себя энергетическую соломинку, лидеры западного мира.
Не так уж все однозначно получается в проблеме ливийской революции. Поэтому я и пытался выяснить истинные причины возникновения конфликта.

Глава I. Муамарак Каддафи и создание Ливийской Джамахирии

Прежде чем рассматривать процесс становления Ливийской Джамахирии, давайте рассмотрим приход к власти полковника Муммарака Каддафи. Судьба полковника Ливийской революции Муамара Каддафи могла сложиться другим образом, если бы в свое время американцы пошли на встречу И.В. Сталину. После того, как была разгромлена нацистская Германия и ее союзники, победители обсуждали судьбу итальянских колоний в Африке, нарком иностранных дел В.М. Молотов на встрече с американскими дипломатами потребовал передать СССР опеку над одной из колоний, Триполитанией (сейчас Ливия). Под опеку должны были передать территории и народы, как считалось не достаточно развитые, грамотные и не могут устроить самостоятельно государственную жизнь. Сталин хотел оставить жителей данной территории на своих местах, но контроль должен был быть за Советским Союзом.
На переговорах с генеральным секретарем США Дженсисом Френсисом Бирнсом, упрямый и упорный В.М. Молотов настаивал на представлении Советскому Союзу подопечной территории. Государственный секретарь в прошлом заседал в Верховном Суде. «Бирнс- привык мыслить юридически, он законник и не всегда понимает, что то во внешней политике, так как юридическая норма часто вынуждена уступать политической целесообразности»- по словам одного дипломата. Д.Ф. Бирнс ответил Молотову, что англичане хотят оставить итальянские колонии за собой, у французов другое мнение, а Советский Союз требует их для себя. При этих обстоятельствах лучшим решением будет не передавать эти колонии ни кому. Сталин остался без Ливии, возможно это и к лучшему, а то молодые ливийские офицеры-националисты во главе с Мумараком Каддафи, восстали бы не против собственного короля, а против советского наместника, и их ненависть выплеснулась бы не на американцев с англичанами, а на нашу страну.
Сам же Муамар Каддафи появился на свет в 1942 году в пустыне, в стране которая являлась итальянской колонией. Когда ему было 9 лет Ливии получила независимость и стала монархией. Страной правил король Идрис Ассанусис. Кочевавшая по пустыне семья Каддафи происходила из простого и бедного племени, разводившего скот и верблюдов для продажи, они были не грамотными, но позаботились о образовании своего сына. Его отвезли к родственникам в город Сирт, это было слаборазвитое местечко, где люди зарабатывали продажей металлолома, оставшегося после второй мировой войны. Здесь он смог ходить в школу, как и многие юноши он поступил на военную службу. Он понял, что для выходца из бедной семьи, единственным выходом выбиться в люди, это служба в армии. «Пустыня учит тебя полагаться только на самого себя»- говорил Каддафи. «Ценности, которые я тогда осознал, руководят всю мою жизнь». Его представления о мире сложилось не только в пустыне, но и в казарме, где он познакомился с идеями утопистов и анархистов. В королевском военном училище в Бенгази. Он получил военную специальность связиста. В 1966 году он был отправлен учиться в Англию, в знаменитую военную академию «Сант-Херст». Провел там 10 месяцев. Вернувшись, стал вербовать друзей- офицеров в подпольную организацию. 1 сентября 1969 года Каддафи возглавил молодых офицеров, которые свергли короля Идриса, находившегося в тот момент за границей. Переворот был быстрым и без кровным. Офицеры распустили парламент и образовали Революционный Командный Совет из 12 человек по египетскому образцу. Каддафи же возвели в полковники и поставили во главе вооруженных сил страны. На тот период времени ему было всего 27 лет. Со временем он избавился от остальных 11 человек Революционного Совета.
Каддафи взял власть под лозунгами- «Социализм, единство, свобода». Казалось. Что революция совершена ради блага простых людей. Каддафи в то время сравнивали с кубинским революционером Эрнесто Чегеваро. После невероятно обидного поражения Арабских АРМ в 6 дневной войне 1967 года, в арабском мире гордились молодым и удачливым офицером Муамором Каддафи.
Все 42 года своего правления Мумаарак Каддафи испытывал непреодолимую тягу к опереточным мундирам и помпезным церемониям. Лидер ливийской революции подражал мании величия. В одном из своих интервью он заявил:- «Я создал ее, я могу ее и уничтожить». При этом бравый на вид офицер по своему характеру был «ипохондриком», часто впадал в плохое настроение и депрессию, боялся когда самолет с ним на борту низко летел над водой. Боролся с лишним весом, дважды в неделю голодал. Ему нравились скачки и танец фламенго. Часто опаздывал на встречи, заставляя себя ждать.	Во время переговоров не смотрел партнеру в глаза, надолго замолкал и партнеры гадали, заговорит ли он вновь. Он же называл себя романтиком- «бедуинским Байроном». Как-то раз, он признался одному из журналистов:- «Я поет, и иногда плачу, но когда никто не видит». Его называли сумасшедшим, безумцем, мистиком, который существует в своем мире и просто бредит на яву. Американский президент Рональд Рейган именовал Каддафи, как «бешенный абак». Но в его сумасшествии был метод, а если точнее сказать, то сумасшествие и было его методом правления. Непредсказуемость- это один из методов держать своих врагов в постоянном напряжении. Сумасбродство Каддафи имело определенные рамки, сколько раз он обещал американцам развязать третью мировую войну, если они посмеют угрожать ливийскому народу. Но когда США сбивали ливийские самолеты и топили подводные лодки вел себя крайне осторожно. На митингах. Кричал все, что угодно, но при этом всячески избегал прямого военного конфликта с США.
Хорошо знающие Каддафи люди считали его толковым, ушлым правителем, которого воспитала улица. 	Его иррационализм был следствием полной безнаказанности. Ни кто не хотел связываться с Каддафи. Он был прагматиком и циником. В начале своей политической карьеры ,он чувствовал пульс своей страны. Ливийцы ценили его, как сильного, если не всевластного вождя, который сумеет постоять не только за себя, но и за весь ливийский народ. Когда на публике он появлялся в сопровождении телохранителей- женщин у многих европейцев, это вызывало смех, но только не у ливийцев. На родине его любили, почитали и считали вождем революции. Поэтому не ясным остается лишь один вопрос, почему же он утратил контроль над страной, которой правил больше сорока лет.
Каддафи закрыл американские и британские военные базы, национализировал имущество итальянцев и выслал их из страны. Это было местью за колониальное прошлое. В Ливии жили 25 тысяч итальянцев, через год после того как 1 сентября 1969 года он сверг короля Идриса не осталось ни одного итальянца. Хотя многие из них никогда не видели Италии потому, что родились и выросли в Ливии. Каддафи же провел в своей стране своего рода культурную революцию. Он убирал следы иностранного влияния, начиная от названия улиц и кончая политической и экономической структурой страны. Им было запрещено изучение английского языка в школах, дорожные указатели и рекламы были только на арабском языке, а все западные книги были сожжены.
Ливия была маленькой страной с трех миллионным населением, большую часть которого составляли бедуины, которые трудно интегрировались в современном обществе. Каддафи остался бы не кому не известным африканским правителем, если бы ни нефть найденная в 1959 году. Запасы ее были огромны, она была легкой, с малым содержанием примесей и ее было легко рафинировать.
При короле ливийцы мало чего получали от этого богатства. Каддафи же потребовал больше денег от иностранных компаний за право использовать ливийскую нефть. 29 января 1970 года он поднял на 20 % цену на «черное золото». Нефтяные компании, которые вели добычу нефти в Ливии, отказались платить, и тогда Каддафи совершил то, что еще никто и не когда не делал в мире, он просто закрыл кран. 
Компаниям пришлось уступить. Пример Ливии радикально изменил политику всех нефтедобывающих стран. Дело было не в том, что они сами хотели руководить добычей и сбытом нефти, главное было в другом.
От ныне цена на нефть не путем экономических расчетов и переговоров, а назначалась правительствами нефтедобывающих стран. Именно из-за Каддафи началось стремительное возвышение роста цен на «черное золото», что во многом определило развитие современного мира. Каддафи сделал свою страну одним из главных экспортеров нефти. В Ливию потоком хлынули доллары. На них он обещал построить дома, школы, больницы, дороги и со временем все это появилось. Каддафи же пошел дальше, он заявил, что все политические системы не демократичны. Капитализм- служит только элите, коммунизм- душит личность, и придумал свою универсальную теорию. Это было смесь исламских постулатов и бедуинского примитивного социализма. Как и в Китае при Мао Цзэдуне в Ливии появился некий вариант «красной книжечки». Это была «Великая зеленая декларация прав человека в эпоху народных масс»- так назывался написанный Каддафи труд. По своей сути это набор банальностей, которые почти четыре десятилетия оставались главной книгой страны. Цитаты из «Зеленой книги», были развешаны повсюду. Детей заставляли изучать ее в школе и строки из нее цитировать наизусть.
Через восемь лет после прихода Каддафи к власти, он заявил, что «Ливия стала первой на земле государством народа, государством без правительства». В 1978 году он дал стране новое название:- «Великая Социалистическая Народная Ливийская Арабская Джимахерия ». Это слово и означает государство народа. На всей планете, внушал он иностранца, нет другого, кроме Ливии государства, которое имеет подлинную демократию. Формально власть принадлежала революционным комитетам. На практике многочисленным родственникам Каддафи. Выходцы из его родного племени заняли ключевые позиции в спец службах. Каддафи отбросив все другие должности, именовал себя - «лидером революции». В прочем его власть определялась не титулом, а полным контролем над армией, силами безопасности и аппаратом власти. Его не ограничивали не парламент, ни партии, ни свободная печать. Значение имело только одно - его собственное. Разногласия были смерти подобны, не согласных казнили на площадях, тысячи людей умерли в тюрьмах, сотни бежали из страны.
Ливия была слишком мала для молодого Каддафи и он жаждал играть в высшей лиге. После смерти в 1970 году президента Египта Гемаль Абдель Насера, Каддафи объявил всем, что Насар назвал его своим сыном и поэтому он берет на себя роль объединителя арабского мира. Египетский президент потратил на это многие годы. Он видел себя во главе огромного арабского государства, которое простиралось от Нила да Евфрата, другие народы не спешили переходить под контроль Насера. Такая же участь ждала и Каддафи. Он предлагал объединиться Сирии, Ливии, Чаду, Алжиру, Судану и Тунису (обратите внимание на эти страны, потому что именно в этом предполагаемом союзе начиная с 2010 года, вспыхнули народные волнения и революции). Никто не пожелал объединяться. Чад же он попытался присоединить силой. В Чаде жило много ливийцев, они бежали в соседнюю страну еще в 30-е годы, когда страной управляли итальянцы. Сам Каддафи однажды сказал:- «Половина моего семейства, половина моего племени, все еще находится в Чаде». В войне за господство на Чадом погибло несколько тысяч ливийских солдат, но там высадились французские войска и Каддафи потерпел поражение.
При всей своей противоречивости, полковник Муамар Каддафи несомненно принадлежит к числу наиболее ярких личностей в политической истории 2 половины XX, начала XXI века. Созданный им политический режим во многом самобытен и уникален. Внешнею политику Каддафи, с самого начала отличали самостоятельность, и приоритетность отстаивания национальных интересов. Однако проведение подобного курса в области международных отношении в перспективе создавала существенную внешнеполитическую опасность.
евроазиатский ливийский революция каддафи

Глава II. Ливийская революция в контексте интересов Запада

Имевшие место победы ливийской оппозиции (в том числе взятие столицы Триполи) не дают возможности игнорировать главный вопрос - о перспективах всестороннего урегулирования ситуации в стране, как и в регионе целом. Данный регион является составной частью глобальной геополитической «дуги нестабильности». В данном случае следует обращать внимание не на громкие заявления и обещания, исходящие сегодня из штаб-квартиры ливийского Национального переходного совета, а неразрешенное состояние раскола страны и сдержанную позицию соседних с Ливией государств. В то время как страны НАТО были нацелены на силовое свержение режима Каддафи, дипломатические усилия африканских государств были направлены на соблюдение интересов ливийского народа. Они проводили более умеренный курс, направленный на поиск компромиссов.
Воплощением рассматриваемой тенденции стали решения, принятые африканскими лидерами на протяжении всей эскалации ливийского конфликта. Предложенный в марте посреднический план представлял собой проведение равноправных переговоров между Муаммаром Каддафи и повстанцами. Вместе с тем уже резолюция по урегулированию ливийского вопроса, принятая участниками саммита Афариканского союза 30 июня - 1 июля в столице Экваториальной Гвинеи Малабо имела более жесткий характер. Как выразил суть произошедших изменений руководитель миротворческого совета Африканского союза Рамтане Ламамра, в результате «долгого, но успешного процесса» согласований появилось решение, что «Каддафи не должен участвовать в переговорах». Кроме ухода Каддафи, новый план предусматривал прекращение боевых действий а так же оказание населению Ливии гуманитарной помощи. Так же предполагалось, объявление в стране переходного периода, осуществление внутренних реформ и проведение выборов.
Несомненно, определяющую роль в выработке такого документа сыграло участие в саммите Африканского союза в Малабо представителей ливийского Национального переходного совета. Именно совет отверг предыдущую инициативу Африканского союза, которая была подготовлена лидерами стран выполнявших посредническую функцию - Конго, Уганды, Мали, Мавритании и Южной Африки.
И вот затем в позиции Африканского союза возникли новые тенденции. Несмотря на тот факт, что новое правительство в качестве легитимных властей Ливии признали уже более двух десятков африканских государств, непосредственно Африканский союз ещё не пошёл на этот шаг. 26 августа 2011 года было опубликовано заявление Африканского совета, в котором он призвал к созданию в Ливии «всеобъемлющего переходного правительства» и подчеркнул, что он не может признать Национальный переходный совет в качестве «единственных легитимных представителей нации» до тех пор, пока в стране продолжаются боевые действия.
Принимая во внимание, что эти боевые действия могут приобрести затяжной характер, стоит отметить, что африканские лидеры обеспечили себе довольно широкое пространство для маневров. К тому же в последние дни пришедшие к власти ливийские оппозиционеры серьезно ухудшили отношения с властями влиятельного в регионе государства - Алжира. Алжирское правительство с самого начала развития ливийского конфликта придерживалось «строгого нейтралитета». Министр иностранных дел Алжира Мурад Медельчи заявил, что «алжирская позиция по отношению к ливийской проблеме соотносится с позицией, выраженной Африканским союзом», и заключается «в следовании африканской «дорожной карте» по мирному урегулированию конфликта в Ливии». К тому же он быстро отверг требования прекратить отношения с Каддафи, заявив, что «Алжир располагает полным суверенитетом для принятия подобных решений».
Помимо этого, Мурад Медельчи предупреждает, что вооруженный конфликт является источником серьезной угрозы для сохранения стабильности во всем регионе. По его мнению, события в Ливии «вдохновляют террористов по всему миру, в том числе, на нашей территории». Приведший к значительным жертвам теракт, происшедший в Алжире 26 августа и направленный против военной академии, явился доказательством, данной опасной тенденции.
Вместе с тем следует отметить, что большую опасность представляют и провокационные заявления представителей Национального переходного совета. Их возмутил отказ Алжира поддержать их в войне с Муаммаром Каддафи, а тем более его готовность пропустить на свою территорию семью полковника, Национальный переходный совет выступил с неприкрытыми угрозами в адрес соседей. Официальный представитель Совета Ахмед Омар Бани заявил, что его организация «проводит различия между великим алжирским народом и алжирским правительством», и пообещал, что «придет день, когда алжирскому руководству придется ответить за свое отношение к ливийским революционерам». Алжирские власти расценили данное заявление как вмешательство в свои внутренние дела, хотя и оставили открытой дверь для налаживания двусторонних отношений в том случае, если Национальный переходный совет «принесет свои извинения».
Новые осложнения, возникшие вокруг Ливии на фоне продолжающихся в стране боевых действий, отнюдь не случайны. Они сопряжены с тем, что интересы, которые, преследуются разными сторонами ливийского конфликта изначально являлись многоплановыми и во многом противоположными. Это предвещает его затяжной характер, напоминало ситуацию вокруг Косово или в других аналогичных «горячих точках», а также угрожает дальнейшим обострением обстановки в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Все военные операции, осуществлявшиеся силами США и НАТО в этом обширном стратегически важном регионе в последние два десятилетия, так или иначе оправдывались гуманитарными соображениями. В разгар войны в Боснии и Герцеговине бомбардировки натовцами боснийских сербов объяснялись необходимостью защитить население осажденного Сараево и других городов. В 1999 году в Косово речь шла о предотвращении гуманитарной катастрофы и защите населения от «режима Милошевича». В 2003 году в Ираке американо-британские силы искали оружие массового уничтожения. Оружия западные союзники не нашли, но зато повесили Саддама Хусейна и вплоть до настоящего времени сохраняют свое присутствие в богатой углеводородами стране. Аналогична ситуация в Афганистане, где США не скрывают намерения сохранить за собой целых пять военных баз, вне зависимости от позиции и состава центральных властей в Кабуле (опять-таки - для решения гуманитарных проблем, обеспечения интересов мирного населения и строительства демократии на многострадальной афганской земле)…
Между тем в основных международно-правовых документах отсутствует само понятие гуманитарной интервенции. Наоборот, в них имеется прямо противоположное «международное обязательство воздерживаться от использования или угрозы использования силы», зафиксированное, в частности, в ряде решений Международного Суда ООН. Подобная норма применялась, например, при рассмотрении в 1986 году иска Никарагуа к США, в котором власти Манагуа обвинили тогдашнюю американскую администрацию в «военной и полувоенной деятельности в Никарагуа и против нее» .
Как оказывается на практике, гуманитарные лозунги и первоначальный ограниченный военный сценарий неизбежно пересматриваются в ходе самой операции - уже без всяких ссылок на документы ООН. Операция НАТО против Югославии изначально планировалась не столько в целях разведения враждующих сторон в Косово, сколько для размещения там войск Североатлантического альянса, последующего обеспечения косовской независимости и смены правящего режима в Белграде. Об этом на страницах белградского издания «Данас» заявил бывший американский спецпредставитель по Косово Кристофер Хилл, назвавший происходящее вокруг Ливии косовским «дежавю». По его признанию, реальной целью бомбардировок 1999 года было заставить Милошевича «разрешить силам НАТО войти в Косово». «Это было классическое несоответствие стратегии и политики», - подчеркивает искушенный американский дипломат. Хилл свидетельствует, что «в Ливии также существует несоответствие между политикой и стратегией. Политика заключается в устранении Каддафи от власти. Стратегия заключается в защите мирного населения. Защита населения не обеспечит устранение Каддафи».
Аналогичным образом развивалась ситуация на Балканах, в том числе в Боснии и Герцеговине. Именно там отрабатывалась геополитическая модель создания выгодного для США и НАТО «образа врага», с тем чтобы под ее прикрытием осуществить военно-политический передел целого региона.
Целью нынешней операции в Ливии изначально было заявлено если не непосредственное свержение лидера страны Муаммара Каддафи, то, по крайней мере, создание для этого всех необходимых военно-политических условий. Об этом откровенно сказал президент США Барак Обама, заявивший в стенах Университета национальной обороны в Вашингтоне о необходимости при помощи военной силы «защитить наш народ, наше отечество, наших союзников и наши сокровенные интересы» . По словам Кеннета Поллака, эксперта по ближневосточным делам Брукинского Института, американский лидер тем самым послал соотечественникам и остальному миру недвусмысленный сигнал: «Я не намерен оставлять Каддафи у власти» .
Подобные исходные посылки не только в очередной раз дискредитировали идею «гуманитарных интервенций», но и создали угрозу еще большей дестабилизации региона. На это прямо указывают эксперты Международной кризисной группы, подчеркивающие, что характер ливийского кризиса определяется сложным (и пока не вполне определенным) воздействием одобренной ООН и в настоящее время возглавляемой НАТО военной интервенции на идущую в Ливии гражданскую войну. Хотя основанием для этой интервенции была объявлена защита гражданского населения, именно гражданские лица фигурируют в больших количествах среди жертв военных действий - в качестве погибших и беженцев. При этом ведущие западные правительства, поддерживающие натовскую кампанию, с самого начала не скрывали, что их целью является смена режима.
Авторы доклада считают, что политическое решение должно обеспечить всем ливийцам, в том числе тем, кто вплоть до настоящего времени служил режиму Каддафи, равных гражданских прав в пост-Джамахирийском государстве, включая право на политическое представительство, а также создать условия, при которых пост-Джамахирийское государство будет обладать реальными, надлежащим образом функционирующими институтами и управляться законом. По мнению Международной кризисной группы, чьи выводы по данному вопросу явно идут вразрез с позицией США и особенно НАТО, международное сообщество должно осознать свою огромную ответственность за дальнейшее развитие событий. Вместо того чтобы упорно продолжать нынешнюю политику, последствием которой может стать опасный хаос, оно должно обеспечить завершение гражданской войны путем переговоров и дать Ливии новую политическую жизнь .
Главная из проблем, в данном случае заключается в том, что даже уход Каддафи с ливийской политической сцены не решает существующих проблем ни в самой стране, ни в регионе, являющемся важнейшим элементом глобальной «дуги нестабильности».
Более того, силы НАТО рискуют быть втянутыми в противостояние с новыми, более опасными противниками - прежде всего, с действующими в регионе силами «Аль-Каиды». Не случайно участники саммита Африканского союза в Малабо предупредили Запад и конкретно Францию, что сбрасываемые оппозиционным отрядам «автоматы могут попасть в руки боевиков «Аль-Каиды», активно действующих на севере Африки».
Если обратится к недалёкому прошлому, возникает ещё одна аналогия  вооружённое противостояние сил США и НАТО с афганскими талибами, которые были ими же подготовлены и вооружены. Кроме того, как считают эксперты, затянувшаяся военная кампания и сопровождающая ее нестабильность представляют собой стратегические угрозы для соседей Ливии. Помимо подпитывания широкомасштабного кризиса с беженцами, растет риск проникновения в страны исламского Магриба «Аль-Каиды», чьи сети присутствуют в Алжире, Мали и Нигере. «Все это, вкупе с растущим озлоблением с обеих сторон, явится тяжелым наследием для любого правительства после Каддафи», - уверена Международная кризисная группа.
Следует отметить, что именно восточные районы Ливии в последние десятилетия являлись основной средой складывания в регионе различных исламистских группировок, в том числе военизированних, джихадистского типа. К их числу относится, например, «Ливийская исламская боевая группа», в состав которой входят в основном выходцы из восточных районов страны. Сходная ситуация и со считающейся не столь радикальной «Ливийской исламистской группой», которая является местным филиалом египетских «Братьев-мусульман» и также распологающей тыловыми базами в восточной части Ливии. Из восточных же районов и большинство исламских боевиков, отправлявшихся в последние годы на иракский фронт .
Первоначально «Ливийская исламская боевая группа» (Al-Jama’a al-Islamiyyah al-Muqatilah fi Libya) представляла собой небольшие группы джихадистов, впервые давших о себе знать в 1970-е годы. С тех пор ее деятельность протекала в основном в эмиграции. В октябре 1995 года «Группа» впервые вынужденно заявила о своем существовании после того, как ее сеть была раскрыта ливийскими спецслужбами. В середине 1996 года правительственные силы развернули широкомасштабное наземное и военно-воздушное наступление на позиции «Группы» на востоке страны, нанеся ей сокрушительное поражение .
Но еще за несколько лет до этого, в 1992 году, большинство лидеров и рядовых бойцов этой организации перебрались в Судан. Затем часть из них отправилась в Великобританию, где и осела, а другая часть переправилась в Афганистан, после того как в этой стране в 1996 году к власти пришли талибы. В результате «Ливийская исламская боевая группа» стала частью «Аль-Каиды», сохранив, однако, свои националистические цели и в определенной степени дистанцировавшись от Усамы бен Ладена и его «правой руки» Аймана аз-Завахири. По признанию самих активистов «Ливийской исламской боевой группы», они тесно взаимодействовали с «Аль-Каидой», но считали идеи бен Ладена (в частности, озвученное им и аз-Завахири заявление от имени «Всемирного исламского фронта против евреев и крестоносцев») нереалистичными и по своим взглядам были более близки к лидеру движения «Талибан» мулле Омару .
Однако в 2007 году ряд представителей «Ливийской исламской боевой группы» заявили о полном вхождении в движение Усамы бен Ладена. В частности, с таким заявлением выступил член Совета шуры этой организации Абу Лейт аль-Либи (хотя ряд базирующихся в Ливии лидеров «Группы» выразили сомнение в праве аль-Либи выступать от ее имени). Вскоре (в январе 2008 года) аль-Либи был убит в граничащей с Афганистаном пакистанской провинции Северный Вазиристан вместе с главным эмиссаром «Ливийской исламской боевой группы» в Иране в результате американской ракетной атаки.
Так или иначе, вскоре после начала нынешних беспорядков в Ливии активность «Ливийской исламской боевой группы» значительно возросла. Ее политическим крылом стало «Ливийское исламское движение за перемены» (Al-Haraka Al-Islamiya Al-Libîya Li Taghyir). Оно заявило о поддержке оппозиционных сил и о желании быть «частью любого нового политического процесса» .
Расширение контактов США и НАТО с действующими под вывеской оппозиционного Временного переходного совета Ливии радикальными исламистскими силами позволяет утверждать, что официальная политика США в регионе Северной Африки и Ближнего Востока в настоящее время претерпевает серьезные перемены.
С одной стороны, администрация Барака Обамы начала реализацию ливийского сценария в целях отстранения от власти президента Сирии Башара Асада - так же опираясь на таких сомнительных союзников, как радикальные исламисты, тесно связанные с «Аль-Каидой». Об этом свидетельствует и заявление, сделанное в начале июля заместителем официального представителя Госдепартамента США Марком Тонером. Отвечая на вопрос журналиста, есть ли в администрации какая-нибудь «дорожная карта» урегулирования ситуации в Сирии, предусматривающая сохранение у власти Асада, Тонер заявил, что сирийский лидер стоит перед выбором: «возглавить процесс реформ» либо «уйти с дороги» .
С другой стороны, в США вынуждены учитывать, что главным результатом череды потрясений, охвативших регион Северной Африки и Ближнего Востока, может стать резкий рост влияния радикальных исламистских движений, и спешат заранее войти с ними в контакт. Советник президента США по вопросам внутренней безопасности и борьбы с терроризмом Джон Бреннан, представивший в конце июня новую национальную антитеррористическую стратегию, подчеркнул, что речь идет об отказе от масштабных операций за рубежом и переходе к нанесению «точечных ударов» по террористическим группам. При этом Вашингтон намерен проводить операции против «Аль-Каиды» в Йемене, Сомали, Ираке, Пакистане и странах Северной Африки, причем в тесном контакте с властями этих государств. «По всему миру мы будем углублять наше сотрудничество с партнерами везде, где пытается укорениться «Аль-Каида» - будь то в Сомали, странах Сахеля или Юго-Восточной Азии», - заявил Бреннан. По его словам, особая роль в реализации данной стратегии отводится региону Ближнего Востока, где в фокусе внимания США и их партнеров в лице Саудовской Аравии и государств Персидского залива окажется перекрытие финансовых потоков «Аль-Каиды» . Учитывая, что именно из этого региона по официальным и неофициальным каналам поступает значительная часть финансовых средств на нужды международного терроризма, в словах представителя администрации Барака Обамы можно почувствовать скрытую угрозу в адрес нынешних властей вышеуказанных государств.
Сразу после презентации данной стратегии ее основные моменты развила госсекретарь США Хиллари Клинтон. Она сообщила, что американские дипломаты уже установили контакты с египетским исламистским движением «Братья-мусульмане», рассчитывая с его помощью построить в Египте «истинную демократию». «Уважая «Братьев-мусульман», администрация Обамы продолжает реализовывать свой подход, заключающийся в ограниченных контактах с «Братьями-мусульманами», которые периодически имели место в последние пять или шесть лет. Учитывая меняющийся политический ландшафт в Египте, мы верим, что в интересах США поддерживать отношения со всеми партиями, которые являются мирными, привержены ненасильственным методам и намерены бороться за парламент и президентство. И мы, следовательно, приветствуем диалог с теми членами «Братьев-мусульман», которые желают разговаривать с нами», - заявила Клинтон. И еще: «В ходе любых из подобных контактов, прежних или будущих, мы продолжим подчеркивать важность и поддержку демократических принципов - и особенно приверженность ненасильственной политике, уважение прав меньшинств и полное включение женщин при любой демократической системе. Вы не можете оставлять половину населения за пределами подобной системы и при этом претендовать на то, что вы привержены демократии» .
Анонимный источник в администрации Барака Обамы подтвердил, что США, в отличие от многих других государств, включая Россию, не считают группировку «Братья-мусульмане» террористической. Между тем ранее американским дипломатам разрешалось иметь контакты только с теми представителями «Братьев-мусульман», которые получили депутатский мандат в парламенте Египта в качестве независимых кандидатов. Такая политика применялась с 2006 года. Теперь же разрешено контактировать непосредственно с представителями этой партии, основанной в 1928 году с целью строительства в Египте исламского государства. Примечательно, что еще в середине 1990-х годов, во времена президентства Билла Клинтона, правительство ныне свергнутого при активном участии США главы государства Хосни Мубарака ставило перед американцами вопрос о предании суду Усамы бен Ладена за «финансирование попытки покушения на президента Мубарака». Но тогда американская администрация «считала бен Ладена не более чем состоятельным занудой» . По данным американского информационного агентства по вопросам разведки и международной безопасности «Стратфор», руководство «Братьев-мусульман», по горячим следам ободряющих сигналов, полученных от администрации США, приняло решение присоединиться к продолжающимся в Каире антиправительственным демонстрациям. Однако, как подчеркивают эксперты «Стратфора», оно сделало это «не из чувства солидарности с организаторами продемократической демонстрации», а в собственных интересах, рассчитывая на приход исламистов к власти . Поскольку сегодня группировка «Братья-мусульмане», по данным американских же экспертов, - это «единственная политическая организация Египта, имеющая последователей среди простого народа», можно сделать вывод, что Вашингтон сделал свою ставку на обновившейся политической сцене страны.
В данном случае имеет смысл привести свидетельство одного из ведущих американских специалистов в области международного терроризма, бывшего высокопоставленного сотрудника ЦРУ Майкла Шойера, утверждающего, что цель «Братьев-мусульман» была и остается той же самой, как ее сформулировал в конце 1920-х годов основатель «Братьев» Хассан аль-Банна, а именно - «империя, созданная в седьмом столетии, протянувшаяся от Испании до Индонезии» .
Пересмотр собственного подхода к трактовке терроризма и террористических групп - отнюдь не новое явление в политике Запада и конкретно США в кризисных регионах евроазиатской «дуги нестабильности». В 1998-1999 годах аналогичный процесс происходил на Балканах, где Вашингтон также подбирал себе на перспективу новых союзников, в конце концов остановившись на албанской «Армии освобождения Косово».
Еще в начале 1998 года, когда конфликт в Косово не вышел из-под контроля международного сообщества, тогдашний спецпредставитель президента США на Балканах Роберт Гелбард заявлял, что «Армия освобождения Косово» «без всяких вопросов является террористической группой». Однако это не помешало Белому дому практически сразу же начать активно сотрудничать с ней в реализации общих балканских сценариев - в том числе по укреплению позиций США и НАТО в Косово. Эту трансформацию весьма точно охарактеризовали члены республиканского политического комитета сената США. В распространенном в марте 1999 года докладе под красноречивым заголовком «”Армия освобождения Косово”: Клинтон проводит политику поддержки группы, связанной с террором и наркотиками?» подчеркивалось, что АОК превратилась для Белого дома из «террористов» в «партнеров» .
Как справедливо писал об албанских сепаратистах в мае 1999 года Джерри Сепер, «они были террористами в 1998 году, но сейчас, в силу политических соображений, они являются борцами за свободу» (его статья в газете «Вашингтон таймс» носила говорящее название «АОК финансирует войну за счет продажи героина») . Уже упоминавшийся Роберт Гелбард, выступая за несколько дней до начала бомбардировок Югославии перед членами комитета по международным делам палаты представителей Конгресса США, вынужден был отвечать на вопрос: считает ли он по-прежнему АОК террористической организацией? Ответ был таков: несмотря на то, что эта группа совершала террористические акты, она «в правовом отношении не была квалифицирована правительством США в качестве террористической организации» .
С некоторыми лидерами «Армии освобождения Косово» у США установились тесные персональные отношения - к примеру, с будущим премьер-министром Косово и фигурантом расследования в Международном уголовном трибунале для бывшей Югославии в Гааге Рамушем Харадинаем. Последний, как отмечается в докладе, подготовленном базирующимся в Лондоне Институтом по проблемам войны и мира, стал для Белого дома «ценным военным и разведывательным активом» .
Нынешняя политика США в регионе Северной Африки и Ближнего Востока является очередным этапом переформатирования стратегического пространства, для которого в 2003 году тогдашний американский президент Джордж Буш предложил новое название - «Большой Ближний Восток». Речь идет о военно-политическом дроблении территории, охватывающей «дугу нестабильности» от Ливана и Палестины до Сирии, Ирака, Персидского залива, Ирана, вплоть до границ Афганистана и далее до китайских районов Синьцзянь и Тибет. Составной частью данной стратегии, имеющей целью ослабление правительств, стран региона и создание условий для собственного долговременного присутствия, выступает поддержка антиправительственных курдских движений в Турции и Сирии, а также обеспечение состояния «управляемого хаоса» в Ираке и Афганистане и проведение подрывных антиправительственных акций против властей Ирана с применением внутренних и внешних факторов.
В конце 2010 года усилия по реализации концепции «Большого Ближнего Востока» сосредоточились на содействии массовым беспорядкам в странах Магриба, а также в Сирии. По мнению профессора политологии университета Сент-Джонса в Нью-Йорке Аззедина Лайачи, следующими звеньями в этой цепи могут стать Алжир и Марокко. По его словам, «для определения дальнейшего направления в развитии Алжира ключевое значение будет иметь развитие событий в масштабах более широкого региона» - прежде всего, ситуация в Ливии. Кроме того, по мнению эксперта, определяющую роль играет скорость общественно-политических изменений в Тунисе и Египте. Если события в этих странах продолжат развиваться революционным путем, нынешним властям Алжира не поможет даже наличие «огромных нефтяных и газовых ресурсов». Еще одним фактором, влияющим на развитие ситуации, неизбежно станет активизация деятельности в регионе группировки «Аль-Каида» в странах исламского Магриба, базирующейся в Алжире и являющейся «наиболее известной среди подобных ей экстремистских групп в арабских странах» .
Эксперты британского Института по проблемам войны и мира уверены, что единственным сдерживающим обстоятельством, способным предотвратить распространение волны массовых антиправительственных выступлений на Алжир, является «не отсутствие в стране практики политических волнений, а как раз наоборот - то обстоятельство, что она была свидетельницей слишком многих беспорядков за прошлые годы».
В русле реализации вышеуказанной концепции «Большого Ближнего Востока» находится и обращенный недавно президентом США Бараком Обамой к Израилю неожиданный призыв «вернуться к границам 1967 года». Природа данного пропагандистского призыва становится ясной в более широком контексте поддержки Вашингтоном самых разнообразных сил в арабском и исламском мире, с тем, чтобы после отстранения от власти нынешнего руководства Ливии, Сирии, Йемена и других государств, закрепить за собой преобладающее влияние в регионе и одновременно сделать новые власти заложниками тесных военно-политических отношений с США.
Все рассмотренные события позволяют прийти к заключению, что страны Запада в лице США и ведущих стран-членов Европейского союза во главе с Великобританией и Францией взял курс на реализацию стратегических установок, сформулированных в 2009 году американским Национальным разведывательным советом. В его докладе в качестве одной из главных угроз для «стабильных государств» определен высокий уровень цен на нефть, прогнозируемый «по меньшей мере до 2015 года». Причем в качестве потенциально опасного рассматривается даже уровень мировых цен на нефть ниже 100 долларов за баррель. С высокими ценами «более стабильные государства справляются лучше, но перспективы их экономического роста могут внезапно уменьшиться, и в результате возникнут политические бури», - делают вывод авторы документа. Переформатирование пространства «Большого Ближнего Востока», позволит Западу не только взять под контроль энергоресурсы, но и получить в свои руки рычаги влияния на мировую ценовую политику в нефтегазовой сфере.
Ливийская революция, как и в целом проявления политической нестабильности в ближневосточном регионе, в значительной мере являются следствием вмешательства стран Запада, продиктованного их геополитическими интересами. К их числу, относится получение контроля над энергоресурсами, и установление в регионе лояльных по отношению к НАТО, а зачастую контролируемых политических режимов. Данные действия проводятся «под флагом» помощи народам в их борьбе за утверждение демократии. Однако, на практике страдает прежде всего мирного население. Кроме того, в регионе активизируются радикальные исламистские группы, что угрожает безопасности во всём мире.

Глава Ш. Уроки ливийской революции

Первый урок. Международное право может быть нарушено и превратиться в новый закон, если его целесообразность утвердит восьмерка ведущих стран мира.
Пессимисты уверены, что ливийские события обрушили мир в пропасть полного краха международного права. Оптимисты же ограничиваются замечанием, что в очередной раз за последние десятилетия (Югославия, Ирак, Ливия) Запад напал на суверенное иностранное государство, не имея на то никаких юридических оснований, недаром Уильям Энгдаль, эксперт по международным отношениям, назвал ливийскую войну одним из самых вопиющих нарушений права национального суверенитета в истории международного права после Второй мировой войны.
Новый тренд: кто сегодня определяет легитимность власти? Инвесторам не стоит думать, что это делает народ на всеобщих выборах, согласно Конституции страны. Решение об утрате легитимности власти (форс-мажор для инвесторов) принимается Советом Безопасности ООН, G8 или мятежниками, если они поддержаны хотя бы двумя участниками "Большой восьмерки".
Вы скажете, что в отличие от натовских бомбардировок Сербии в 1999 году, иностранное вмешательство в дела Ливии было санкционировано Совбезом ООН. Так-то оно так, да не совсем так. Как известно, в резолюции СБ ООН №1973 речь шла о создании над Ливией режима бесполетной зоны, но:
очень скоро целью иностранного вмешательства стала… смена режима, да чего там, убийство главы суверенного государства;
из силы для защиты мирных граждан, как это определено мандатом ООН, иностранная коалиция быстро превратилась в воздушную поддержку мятежников, одной из сторон конфликта. Известно, что только Франция отправила 40 т различного вооружения ливийским повстанцам.
Резолюцией абсолютно не предполагалось использование иностранных коммандос, секретных диверсионных служб НАТО, тайных сотрудников, которые обучали и возглавляли повстанцев (если верить СМИ, Триполи брали то ли катарские, то ли британские наемники, а порой и бойцы французского "Иностранного легиона"). То есть, несмотря на прямой запрет СБ ООН, сухопутное вторжение в Ливию все-таки состоялось. А политики нам с упоением рассказывали как ливийский народ героически сам себя освободил. Ни в одном пункте резолюции № 1973 не предусматривались бомбардировки жилых домов (даже, если это дом сына и внуков Каддафи), больниц, школ, телевизионного передатчика и так далее.
В целом, в очередной раз в международных отношениях восторжествовала сила над нормами права. Так что сила явно не в правде, заблуждался герой Сергея Бодрова. "В деньгах вся сила, брат! Деньги правят миром, и тот сильней, у кого их больше". А ведь долгое время принцип невмешательства во внутренние дела суверенного государства, несмотря на все его несовершенство, доминировал в системе международных отношений. В этом было нечто близкое к медицинской заповеди "Не навреди". Он позволял сохранять хоть какой-то международный порядок, пусть и худой, но порядок. Но, как известно, если джентльмены не могут выиграть по правилам, они меняют правила.
Второй урок. В международной политике стали правилом двойные стандарты. Где запретная грань для государства на примере Ливии, когда к ней будет применен данный "двойной стандарт"?
Исходя из последних событий в мире, отмечают аналитики ICM Brokers:
мир четко разделен на "своих" и "чужих". Каддафи, после нескольких лет всяческого ублажения Западом (к примеру, несколько лет назад он получил место за столом саммита G8 в Италии) стал "чужим";
Какую недозволенную грань перешел Каддафи? Он был признан "не нашим" (пустил в страну китайские и российские нефтяные компании - у Китая в Ливии было 50 крупномасштабных проектов, 30 тысяч китайцев трудились в этой стране; задумал отказаться от доллара в международных операциях; национализировал нефтедобывающую отрасль и оставил иностранным компаниям только около 20% всей нефтедобычи и пр.), следовательно, повстанцы - безвинные жертвы кровавого тирана. И мировое сообщество охотно закрыло глаза на то, что повстанцы обстреливают города, казнят военнопленных, бьют по мирному населению из установок "Град" и прочее. Последствия двойных стандартов очевидны:
внешний арбитр стал на одну из сторон конфликта и перестал быть арбитром;
односторонняя поддержка привела к перевесу сил одной из конфликтующих сторон, что лишь усилило гражданское противостояние и унесло еще большее количество жизней.
Подтверждение "двойного стандарта" для "своих" и "чужих" - Бахрейн, где в ходе аналогичных протестных акций были убиты десятки людей, западные демократии лишь погрозили пальчиком (поместили в список нарушителей прав человека), так как там находится американская военно-морская база. Запад поддержал свержение политически близких ему Бен Али в Тунисе и Хосни Мубарака в Египте.
Вывод для инвесторов очевиден: только что правительство малой страны может спать спокойно, которое отвечает стратегическим интересам США, европейских стран и, конечно, их крупнейших нефтяных и газовых компаний. А еще - не мешает Николя Саркози повторно занять пост президента Франции.
Третьим уроком стало, правилом наказывать народ за неугодных правителей. Как недавно признал министр здравоохранения в НПС Ливии, в ходе гражданской войны с обеих сторон погибли не менее 30 тысяч человек (по другим оценкам, 50 тысяч), свыше 50 тысяч были ранены, около 4 тысяч считаются пропавшими без вести. Все эти цифры весьма приблизительные, корректироваться они будут, разумеется, в сторону увеличения. Воистину, для "защиты мирного населения" Ливии - не пожалеем ливийцев. Вот только они никогда не забудут, кто бомбил их дома и убивал их близких и родных, соответственно, еще в одном уголке планеты заложена рассада для "выращивания" вполне идейных и бескомпромиссных будущих террористов.
Четвертый урок. Начнется новый виток гонки новейших и дорогостоящих вооружений у "малых стран" мира. Нависшая над малыми странами угроза вмешательства извне и наказания путем "гуманитарных интервенций" - "экспорта демократии", ведет к новому витку гонки вооружения, прежде всего: атомного, как средства сдерживания (здесь можно вспомнить ядерную программу Ирана). Фактически малым странам дан отчетливый сигнал: если не дураки, запасайтесь атомной бомбой. По этому поводу Christian Science Monitor разразилась статьей Реза Санати под красноречивым названием "Тревожный урок Ливии - не отказывайтесь от ядерного оружия". Автор задается риторическим вопросом, если бы Каддафи не свернул свою ядерную программу в 2003 году, не отказался от своих запасов химического и бактериологического оружия, бомбила бы его страну НАТО? Явно поостереглись бы, считает автор. Уже на днях министр обороны Ирана настойчиво призвал Россию выполнить обязательства по поставке его стране зенитно-ракетных комплексов С-300, способных сдержать авиацию США, НАТО и Израиля. Эксперты прогнозируют, что в последнем квартале этого года поставки оружия на Ближний Восток и в Северную Африку значительно увеличатся. А ведь у малых стран деньги эти не лишние.
Пятый урок. Провокационная роль современных СМИ. С 90-х годов прошлого века с концентрацией СМИ в руках нескольких медийных групп, они быстро превратились из каналов информации и отражения общественного мнения в каналы зомбирования и манипуляции. И не так уж важно, чем они при этом руководствуются - выполняют социальный заказ, элементарно зарабатывают на хлеб с маслом, делают это по недомыслию или в силу своего идеализма, объективно они раскачивают ситуацию и ослабляют общество.
Из тех же 90-х можно вспомнить югославскую войну. Классикой нечистого на руку жанра стал, например, репортаж об истощенных мусульманах за сербской колючей проволокой, правда, его британские тележурналисты снимали изнутри огороженного участка. Или знаменитый "инцидент в Рачаке", ставший поводом для обвинения сербов в этнических чистках албанского населения Косово. Финские патологоанатомы позже обнаружат порох на руках этих "безвинных жертв". Данный пункт, кстати, был вычеркнут из обвинения Международного трибунала по бывшей Югославии. Не прошло и 10 лет, как западные СМИ вынуждены были признать, что албанские боевики вели охоту на сербов. Прежде говорить об этом было политически нецелесообразно. Журналисты утратили даже видимость объективности и в ливийских событиях. В связи с этим Бенджамин Барбер из Huffington Post задался вопросом: "Западные СМИ в Ливии - журналисты или пропагандистский инструмент восстания?", и вообще, что произошло с журналистикой? Помните, что стало поводом для начала агрессии НАТО против законной власти Ливии ."Бомбардировки ливийской авиацией демонстрантов", об этом глобальные СМИ трезвонили несколько дней. Между тем Amnesty International и Human Rights Watch свидетельствуют, что до начала бомбардировок НАТО в восточной Ливии никаких массовых казней, вертолетных атак или бомбежек мирных демонстрантов не было со стороны сил Каддафи. Что точно было, так это 110 погибших с обеих сторон в ходе беспорядков в Бенгази. Как видим все эти истории были сфабрикованными, но именно они стали поводом для установления бесполетной зоны и нападения НАТО на Ливию.
Вывод для инвесторов: если мировые СМИ единодушны в освещении какого-то массового преступления - значит это кому-то выгодно и является цепочкой к последующим событиям.
Шестой уроком можно считать появление новой военной тактики стран НАТО.
Сегодня очевидно, что НАТО в Ливии использовало новую тактику: войну вели "аборигены", а альянс ограничился воздушными операциями. Что по поводу этого "гениального" изобретения можно сказать?
Конечно, любая армия должна беречь жизни своих солдат - это как раз нормально. Но когда смерть несут пилоты, находящиеся в абсолютной безопасности, а боевые действия носят стерильный характер, впору вспомнить о морали. Против африканской страны выступили 15 наиболее развитых европейских стран и США. В прессе (к примеру, Джеймс Джойнер из "The National Interest") справедливо обращали внимание на тот факт, что Ливия занимает 63-е место в мире по ВВП, тогда как шесть стран НАТО входят в десятку крупнейших экономик планеты. Задействовали против страны, 90% которой занимают пустыни, около 100 боевых самолетов и дюжину ударных вертолетов, бомбы с обедненным ураном, совершили 19 тысяч самолетовылетов и так далее. Долбили и долбили доблестные французские и британские воздушные асы полгода страну, у которой практически не было противовоздушной обороны. А какие победные здравицы раздавались в Париже по окончанию первой стадии войны. Войска НАТО сознательно бомбили объекты жизнеобеспечения населения, разрушали школы, больницы, жилые дома и так далее. Все это, между прочим, действия, запрещенные международным гуманитарным правом. Как тут не вспомнить одного из героев романа Эрнеста Хемингуэя "За рекой, в тени деревьев", который призывал, если у человека есть совесть, призадуматься, что такое военная авиация.
Очевидно, что ливийская кампания нанесла сокрушительный удар по старому доброму европейскому порядку, когда были живы представления о верности и чести.
«За четыре месяца войны была продемонстрирована несостоятельность политической и военной координации НАТО, - считает руководитель Центра военного прогнозирования Анатолий Цыганок. - Франция ничего не могла бы сделать с Каддафи без американских постановщиков помех, самолетов и крылатых ракет. У Великобритании было всего 69 пилотов, квалифицированных для боевых миссий. Эта война показала низкий уровень военной машины НАТО, США и уровень ее деградации».
Война в Ливии поставила два печальных рекорда последнего времени - по охвату территории и по продолжительности боевых действий. «Грузино-осетинская война длилась пять дней, война Израиля против ХАМАСа - 22 дня, военная операция США "Иракская свобода" - 25 дней. А вот война Ливии против США - 240 суток. Уникальность ситуации заключается в том, что НАТО не в состоянии победить "парадную армию Каддафи". Для США оказались губительными завышенные представления о противостоящих армиях и их боеспособности. Руководство НАТО и США полагало, что после первых ударов ливийская армия развалится, произойдет массовая сдача в плен. Однако, несмотря на серьезные потери, она сохранила свою боеспособность - несколько полков действовали как элитный батальон», - утверждает Цыганок.
В Ливии были использованы новые военно-технические средства. «В боевых действиях впервые участвовала переоборудованная подводная лодка с крылатыми ракетами, тактическая ракета впервые была испытана, в реальных условиях были использованы усовершенствованы средства доставки боевых пловцов, - говорит Цыганок. - Эффективно использовалось финансирование побегов генеральских семей, подкупы к дезертирству. Это уже вторая такая операция, которая была проведена американцами - первая была в Ираке, где действовали только два корпуса, остальные все восемь корпусов были подкуплены. В ходе войны в Ливии была также продемонстрирована редкая кровожадность - убитого Каддафи положили в холодильник, к этому холодильнику в течение суток шли люди и фотографировались. Ну и налицо развал экономики - из-за гражданской войны экономика страны потеряла более 14 миллиардов долларов».
Говоря о предпосылках войны в Ливии, вице-президент Академии геополитических проблем Деньга Халидов выразил мнение, что «в Ливии была реализована своеобразная модель племенной демократии, когда хаос, конфликт, социальный и политический, переносится на локальный уровень. На уровне государства там была почти стопроцентная стабильность. Единственное, были сепаратистские настроения в провинции Бенгази, но и эту проблему можно было решить через реформы, через диалог, политическими способами. Именно внешнее вмешательство и «дрожжи революции» - ливийские либералы, и радикальные мусульманские группировки сыграли роль инструментов дестабилизации. То, что произошло в Ливии, укладывается в глобальный сценарий, который мы в Академии геополитических проблем определяем в терминах «стратегия демонтажа национальных государств», «провоцирование хаоса», «управление сторонами конфликта» и «управление хаосом». Демонтаж национальных государств - способ построения нового мирового порядка, потому что национальные государства - это порождение индустриальной эпохи. В условиях глобализации, в условиях, когда капитал приобрел глобальный, транснациональный характер, национальные государства стали помехой для развития капитала, развития той формы капитализма, которая утверждается на Западе, когда деньги делаются из воздуха, когда деньги делают деньги. Речь идет о финансовом капитале, который многократно превосходит производственный капитал. Именно мировая финансовая олигархия через свои дочерние структуры, через закрытые клубы продвигает такую повестку дня и такую стратегию.
В кабинетах министров и управленческих структурах западных государств много людей, которых можно определить в терминах «агентура глобализации», «агентура глобалистов». Агентура глобализации постоянно сталкивается с национально ориентированными политиками и с национально ориентированным капиталом. Это и в США происходит, это и во Франции, и в Великобритании, и в Канаде. Как правило, в постоянном конфликте, в режиме диалога двух сил, в последнее десятилетие, особенно после развала Союза, побеждает агентура глобализации, креатура финансового капитала. 
Незадолго до войны Каддафи встречался и с Берлускони, и с Саркози и считал, что у него все дела в отношениях с Западом решены, но глубоко ошибался».
Масштаб и последствия ливийской революции. В настоящее время при обсуждении ливийского конфликта центральное место отводится вопросу о том, как долго сможет Каддафи удержаться у власти, при этом, вне зависимости от этого срока, некоторые тенденции понятны уже сейчас и практически необратимы.
Системный кризис международного права. Пример Ливии наглядно проиллюстрировал, что, по сути, политика всемирно известных «двойных стандартов» США не только введена в практику, но и легализована ООН, а декларируемые принципы и цели организации вступают в прямой конфликт с реальностью. Несмотря на то, что целый ряд государств (БРИКС и Латинской Америки) указывал на недопустимость произвольной трактовки резолюции и превышении силами альянса мандата, ООН самоустранилась от решения вопроса внешней интервенции и вмешательства в гражданскую войну и даже, как было указано выше, поддержала действия коалиции. По большому счёту, «объективное расследование» ливийских событий свелось лишь к «выявлению» нарушений в результате действий воюющих повстанцев и правительственных войск.
Очевидно, что в таких условиях самодискредитации ООН будет расти международное недовольство существующим институтом, что, в свою очередь, может привести к увеличению влияния альтернативных структур (скорее всего, региональных) либо их переконфигурации, а, возможно, и к возникновению новых. Главной же опасностью существующей ситуации, т.е. фактического отсутствия универсального, легитимного механизма регуляции международных отношений является почти неизбежный волюнтаризм ряда акторов и всё возрастающая хаотичность в мировом порядке, что почти гарантированно приведёт к росту военных конфликтов.
Как бы ни пытались США и НАТО имитировать контроль за происходящим, по сути, сегодня они лишь приспосабливаются к ситуации. 
Понимая, что столь мощная инерция революций неизбежно приведёт к краху существующих режимов, реакционные силы Запада приняли решение вовремя встроиться и поддержать «борьбу народов за демократию». Во время революции предпринимались шаги по финансовой, информационной, а зачастую и организационной поддержке повстанцев тех стран, которые отмечены волнениями. Так, например, тревогу Запада в настоящее время вызывают «действия властей» Сирии и Йемена.
Можно не сомневаться, что, по мере перекидывания волнений на другие государства, Североатлантический альянс или отдельные его члены так же заявят об угрозе «региональной безопасности» и найдут способ обосновать вмешательство в суверенные дела и этих стран. Разумеется, в этом списке найдётся место для таких исключений как Бахрейн, где базируется военная база США, а, следовательно, смена лояльного режима США никоим образом не выгодна. Об этом мало писали в прессе, уделяя первые полосы Ливии, но ведь Бахрейн был охвачен аналогичными волнениями оппозиции, требующей замены монархии республикой. А 14 марта в Манаму и окрестности прибыли войска Саудовской Аравии и ОАЭ, благополучно разогнавшие акции протеста. И лишь после массовых арестов и тюремных заключений, когда выступать уже стало попросту некому, король Бахрейна Хамад бин Иса аль-Халифа благоразумно объявил о готовности к диалогу с оппозицией, добивающейся демократизации политической жизни страны, и даже назначил дату - 1 июля. Впрочем, министерство юстиции Бахрейна на всякий случай уточнило, что любые протесты против «единства и спокойствия» в дальнейшем будут предельно жестко пресекаться.
Данную проблему рассматривали в своеобразном фоновом режиме, т.е. её наличие всеми признавалось, но тут же предпринимались попытки нивелировать масштабы рисков, указав на малочисленность и деполитизированность радикалов. Между тем, пример того же Египта показал, что такие организации обладают достаточным потенциалом, позволяющим в кратчайшие сроки не только мобилизовать сторонников, но и объединить их под партийной эгидой для дальнейшей интеграции в политическую систему страны.
Более того, стоит учитывать и тот факт, что после волны прошедших и проходящих революций образуется своеобразный идеологический вакуум, и объективно более содержательным его наполнением, которое будет воспринято обществом, могут стать именно традиционные ценности, а не привнесённые западные демократические принципы. Ярким примером нежизнеспособности политики насаждения западных устоев может служить тот же Афганистан, где население, оказавшись в ситуации выбора между следованием за американцами или поддержкой талибов, в подавляющем большинстве выбирает последнее.
Необходимо иметь в виду и то, что общества, находящиеся за чертой бедности, более восприимчивы к радикальным посылам, а среди стран Африки и Ближнего Востока таких достаточно много.
Очевидно, что рост влияния радикальных исламских организаций и экстремизма может затронуть, в том числе, и Россию с Европой. Если говорить о территориях, то в зоне риска РФ, прежде всего, находятся регионы Северного Кавказа.
События ливийской революции ускорит процесс разработки ядерного оружия третьими странами обусловлена возросшей необходимостью физической защиты национальной безопасности в условиях негарантированной защиты со стороны ООН в случае внешней военной интервенции. По большому счёту, до сих пор представители мирового сообщества так и не предоставили ответа на вопрос: как должен был повести себя Каддафи, оказавшись в ситуации попыток вооружённого свержения государственного строя, обычно предполагающего законодательную защиту? ООН, как описано выше, по сути, инкриминирует лидеру Джамахирии не столько подавление сопротивления, сколько используемый для этого способ нанесение ударов с воздуха. С другой стороны, гибель таких же мирных жителей в ходе «точных и аккуратных» бомбардировок НАТО (а генсек альянса определил их именно так) расценивается как «побочный ущерб». Что же касается пункта о защите страны от вооружённого внешнего вмешательства, то в законодательстве абсолютно любого государства содержится это положение, и в условиях международной незащищённости, как это случилось в Ливии, гипотетическая жертва готовится именно к условиям горячей войны. Но, как известно, мощи таких агрессоров как США и НАТО смогут противостоять лишь армии России и Китая, вот и выходит, что остальным странам вполне логично заняться разработками своего ядерного оружия для получения хоть каких- то гарантий ненападения. В настоящее время к таким государствам помимо традиционно строптивых Ирана и КНДР можно отнести и Пакистан, и Израиль.
Государственный кризис в Ливии. Как известно, до событий 2011 г. Ливия была самой развитой страной в Северной Африке. Каддафи тратил громадные доходы от продажи нефти на развитие инфраструктуры, строительство дорог, решил проблему с пресной водой. В нынешней же ситуации страна отмечена не только гражданской войной, многочисленными жертвами среди мирного населения, стагнацией экономики, гуманитарным кризисом, разрушенной инфраструктурой, политической дестабилизацией, милитаризацией региона, но и почти гарантированно рискует попасть под внешнее управление. И даже если допустить самый оптимистичный вариант в формате скорейшего прекращения кровопролития, добровольного отказа Каддафи от власти под гарантии, скажем, Турции, его замену по итогам «демократических выборов» на Абдель Джалиля, сохранения целостности страны и недопущения перманентной затянувшейся гражданской войны, то и в этом случае Ливия оказывается отброшенной в своём развитии на несколько лет, а то и десятилетий назад. Такова плата страны за революцию, которая, к слову, по признанию того же Запада, неизвестно когда закончится. 
Так, глава МИД Италии Франко Фраттини ещё в начале мая заявлял о сроке в две-три недели, но уже через месяц его английский коллега Уильям Хейг уточнил, что операция может продлиться до 2012 г., а затем и продолжиться, в случае необходимости. Даже после убийства Каддафи нельзя сказать, что революция окончена. В стране полная анархия и полное не соблюдение норм международного права.
Ливийская проблема касается на прямую РФ,а с этим и возрастающая ответственность в системе международных отношений. Учитывая то, что основной костяк постоянных членов СБ ООН составляет ныне воюющая западная коалиция (США, Франция, Великобритания), можно предположить, что вопрос о дальнейшем недопущении мультиплицирования ливийского опыта на другие страны лежит исключительно на России, поскольку Китай предпочитает политику невмешательства. С одной стороны, в Москве это понимают - именно такую позицию занимает российский МИД и настаивает на её соблюдении, но, с другой, президент РФ сделал политический выбор, и со дня на день Россия может присоединиться к контактной группе, открыть представительство в Бенгази, а затем, возможно, и вовсе легализовать НПС. Таким образом, вместо того, чтобы занимать выгодную позицию арбитра и зарабатывать бонусы беспристрастного и справедливого участника мировой политики (попросту говоря, независимого государства), РФ демонстрирует не только некомпетентность в области государственного управления, ввязываясь в чужую войну, но и расписывается в конъюнктурности своей внешнеполитической позиции. Что касается попыток представить ситуацию таким образом, что у РФ якобы не было альтернативы и необходимо было обязательно занимать какую-либо из сторон ливийского конфликта, не выдерживают никакой критики. Примером рационального поведения в этой критической ситуации может служить Китай, который встретился с представителями НПС для получения гарантий о неприкосновенности собственных инвестиций, лишь дождавшись момента наступления определённости мирового сообщества в отношении режима Каддафи и не приняв на себя никаких обязательств о поддержке или признании повстанцев. Представляется целесообразным, что России так же следует отделять экономику от политики, тем более, что в обсуждаемой повестке с Западом - от ВТО до евроПРО - заинтересованность сторон, по меньшей мере, равная. Узаконив же политику политического реализма, когда всё решает сила, РФ поступает предельно опрометчиво, сдавая геополитические позиции в глазах государств не только Ближнего Востока и Северной Африки, но и бывшего пространства СНГ, на территории которого достаточно неурегулированных территориальных конфликтов и ещё больше возможных претендентов в очереди на «цветные революции».
Переформатирование зон влияния в арабском мире станет неизбежным следствием не только краха традиционных институтов власти в регионе, но и активных усилий внешних сил, способствующих такому развитию событий. Время новой волны колонизации и передела Африки, а также стран Магриба и их ресурсов ещё не настало, однако, целый ряд политических решений на сегодняшний день свидетельствует о том, что регион взят под пристальное внимание и включён в перечень стратегических приоритетов Запада.
Одним из наиболее ярких подтверждений этого является принятая в Довиле Декларация, в которой G8 приветствует «арабскую весну». В данном документе, который, в числе прочих, подписала и Россия, по сути, содержится призыв и обещание содействия государствам, стремящихся к «установлению демократических ценностей». Финансировать это мероприятие предполагается с помощью средств МВФ и многосторонних банков развития, подчёркивается и особая роль ООН по «обеспечению возврата похищенных активов». Также страны «обязуются усилить и активизировать двустороннюю помощь и поощрять другие многосторонние организации к действиям по поднятию уровня их помощи для поддержки стран-партнеров». Декларируется намерение способствовать интеграции молодых демократий в региональную и глобальную экономику, вести работу с политическими партиями и новыми политическими оппозиционными формированиями, а также «решительно поддерживать свободу выражения» через СМИ и интернет. В качестве мотивации для дальнейшего сотрудничества бунтующим странам продемонстрировали примерное поведение новых властей Египта и Туниса, которым обещана помощь в размере 20 млрд. долларов.
В это же время президент США, лауреат Нобелевской премии мира, выступил с программной речью, посвящённой ситуации на Ближнем Востоке и Северной Африки, прямым текстом пообещав спонсирование революций: «Наш сигнал прост: если вы берете на себя риски и обязательства по проведению реформ, вы получите полную поддержку Соединенных Штатов. Мы также должны начать предпринимать усилия по расширению влияния за пределами общественных элит, чтобы добиться контакта непосредственно с теми людьми, которые будут определять будущее, - с молодежью». Также в настоящее время Госдеп США ведёт целенаправленную деятельность по созданию глобальной сети для борьбы с авторитарными режимами.
Ещё одним показателем признания Западом возрастающей роли арабского мира и попыткой встроиться в эту систему стал поистине тектонический сдвиг в политике США - Барак Обама предложил Израилю вернуться к границам 1967 г., что, помимо логичной поддержки Палестины, было так же встречено странами ЕС.
Резюмируя, отметим то, что США, разумеется, отдают себе отчёт в возможном фиаско такой политики, что обусловлено ментальностью жителей региона, традиционно недолюбливающих интервентов. Вполне вероятно, именно поэтому США предпринимают активные попытки вовлечения в панарабскую , в частности, в ливийскую кампанию как Европы, так и России, на которых, в случае возможного обострения конфронтации арабского и западного мира, можно будет переложить ответственность. Несмотря на то, что концепцию столкновения цивилизаций Хантингтона принято считать анахронизмом, реалистичность сохранения описанных им тенденций не только сохраняется, но и проявляется всё острее. Европа, согласившись на командование ливийской операцией и активно лоббирующая в настоящее время проекты санкционных резолюций по Сирии и Йемену, уже попалась на эту удочку. У России, несмотря на довильские соглашения и осуществляемые контакты с НПС, ещё есть возможность остановиться от повторения непростительной ливийской ошибки и воздержаться от нарушения суверенитета других стран, чтобы сохранить хотя бы моральное право оспаривать подобное вмешательство, когда оно коснётся зоны наших интересов.
Анализ ливийских событий поднимает ряд сложных вопросов. Во первых, это касается проблемы осуществимости на практике норм международного права. Опыт «Ливийской революции», как и ряда других событий, например, на территории бывшей Югославии показывает, что страны Запада и прежде всего США, нередко пренебрегают данными нормами в целях реализации своих внешнеполитических интересов. Таким образом, попирается суверенитет, неотъемлемое условие существование существования всякого независимого государства. На современном этапе данная проблема приобретает глобальный характер. На этом фоне достаточно опасным выглядит недавнее осложнение отношений, нашей страны и Запада в связи с последними событиями на Украине. Таким образом данная проблема перетекает в контекст обеспечения отечественной геополитической безопасности.

Заключение

Первый этап ливийской войны завершен. Каддафи убит, но сопротивление его сторонников все еще наблюдается, это не помешало более чем 60 странам признать Переходный национальный совет как правящий орган, его признали даже такие страны как Россия и Китай. В штаб-квартире подняли новый ливийский флаг. Все эти события дают право подвести итоги, сделать выводы и извлечь бесценный опыт и уроки из войны в Ливии.
Ливийская война и впрямь - важный урок для всего мира, чтобы показать инвесторам новые мировые тенденции, о которых не принято говорить вслух, но они становятся устойчивым трендом, считают эксперты Академии Forex и биржевой торговли Masterforex-V. Каковы наиболее значимые из этих уроков. Главный урок, который преподнесли США не только Ливии, но и всему миру - они показали технологию интервенции. Сначала готовится общественное мнение против определенного государства путем занесения его в список неблагонадежных. Затем начинается процедура поиска и наказания за «грехи» перед мировой цивилизацией. Далее объявляются разного рода запреты, санкции (эмбарго). Потом, в течение месяца, следует период «выдерживания» в жестких условиях до максимально возможного ослабления. В этот период осуществляется «разведка боем», определяются все возможные цели. Нейтрализуются возможные союзники будущей жертвы. И только после этого начинается открытая подготовка и проведение военной агрессии. На смену войнам с противостоянием держав - коалиций, противоборством армий приходит - глобальная перманентная война, которая ведется непрерывно во всех точках Земли всеми возможными способами: политическими, экономическими, военными, техническими, информационными. В этих операциях нарушаются нормы международного права. Мирное население используется для испытаний новейших технологических наработок. Более того, в интервенции против Ливии США, Британия и Франция при поддержке ряда других стран НАТО сделали попытку придать легитимность своей агрессии при помощи арабского фигового листка в виде катарской авиации и наземных войск. Оценивая созданные группировки для ведения боевых действий против Ливии, можно констатировать абсолютное техническое превосходство США в космической группировке, средствах РЭБ, крылатых ракетах морского и воздушного базирования, навигационных системах в оперативном и тактическом звене.
Операция в Ливии является весьма ограниченным военным конфликтом. И если европейцы уже спустя месяц - два после ее начала испытывают нехватку боеприпасов, то следует спросить, к какому типу войны они вообще готовились. Эта война в очередной раз показала уровень никчемности (без США) военной машины Европы (НАТО) и уровень ее деградации.

Список литературы

1. Алексей Киреев. Ч. 1. - М.:«Международные отношения», 1999.
. Барсегов Ю.Г. Самоопределение и территориальная целостность. М., 1993.
. Березный С.В., Егоров С.А., Ермишин К.И. и др. Словарь прав человека и народов / Отв. ред. Р. А. Тузмухамедов, В. И. Кузнецов. М:. Отношения Международные, 1993.
. Биффель Г. Миграция и ее роль в интеграции Западной Европы //М.:
Проблемы теории и практики управления. - №4 2002.
. Боннер Е. Новая Европа: права человека или права государства / / Известия. 1992 год. 4 сентября.
. Густерин П. В. Города Арабского Востока. - М.: Восток-Запад, 2007. - 352 с. - (Энциклопедический справочник)
. Генин И. А. и Данциг Б. М., Страны Юго-Западной Азии и Северной Африки, М., 1960
. Дипломатия иностранных государств : учебное пособие / под ред. Т.В. Зоновой. - М. : РОССПЭН ; МГИМО, 2004
. Киреев А.П. Международная экономика. - Ч.I. Учебное пособие для
вузов. - М.: Международные отношения, 1997
. Новейшая история Африки, М., 1964
. Лебедева, М.М. Мировая политика / М.М. Лебедева. - М. : Аспект Пресс, 2003
. Носкова И.Я; Максимов Л.М. Международные экономические отношения. - М.: ЮНИТИ, 1995.
. Основы внешнеэкономических знаний / Под ред. И. Фаминского. М., 1994. С.109.
. Современная Ливия. Справочник, М., 2001